[MIDA-644] Несмотря на то, что мой жених был рядом... Во время новогоднего визита в родной город меня трахал без чувств мой суперпохотливый отчим пальцем, покрытым афродизиаком, внутри котацу

Я чувствую, как его толстый палец скользит внутри меня под котацу, покрытый этой скользкой смазкой. Мой жених сидит рядом, смеётся над какой-то телепередачей и ничего не замечает. Отчим смотрит мне прямо в глаза, на его губах жестокая усмешка, пока он трахает меня пальцем, входя и выходя из моей текущей киски. Я кусаю губу до крови, пытаясь не застонать, пока жар разливается по телу, как огонь. Его большой палец кружит по клитору, я вцепляюсь в татами, костяшки побелели. Жених поворачивается спросить меня о чём-то, я выдавливаю слабую улыбку, но палец отчима загибается внутри, попадая в ту точку, от которой всё плывёт перед глазами. Я так мокрая, что слышно хлюпанье его пальца, и я молю бога, чтобы он тоже не услышал. — Нравится, шлюха? — шепчет отчим, едва слышно за телевизором. — Твой жених рядом, а ты кончаешь от моего пальца. Я мотаю головой, но бёдра предают меня, насаживаясь на его руку. Он добавляет второй палец, растягивая меня, и мне приходится зажать рот рукой, чтобы не закричать. Смазка делает меня такой чувствительной, каждый нерв горит. Я чувствую, как приближается оргазм, давление внизу живота, которое просит выхода. Отчим тоже это знает, он смотрит на меня хищным взглядом, трахая пальцами быстрее, жёстче. Жених встаёт за ещё одним пивом, и отчим пользуется моментом, наклоняясь, его дыхание обжигает ухо. — Кончи для меня, маленькая шлюха. Кончи, пока твоего мужика нет. Я больше не могу сдерживаться. Тело сотрясается, я кончаю на его пальцах, крик заглушён ладонью. Отчим продолжает двигать пальцами, вытягивая каждую судорогу, шепча грязные слова о том, что теперь я его, что он как следует выебет меня позже. Когда жених возвращается, я раскрасневшаяся и запыхавшаяся, но он думает, что мне жарко от котацу. Отчим вытаскивает пальцы, скользкие от моих соков, и облизывает их, подмигивая. Я знаю, это только начало. Ночью, когда жених уснёт, отчим засунет свой толстый член в мою всё ещё чувствительную киску, и мне придётся молчать, пока он снова будет трахать меня до беспамятства.