Сын-зверь пробуждает женщину в коме большим членом [Madou]

Больничная палата белая, стерильная — это ложь. Я знаю, что творится под простыней. Мой сын, мой красивый сломанный мальчик, лежит в коме, но его член не дремлет. Это памятник нашему общему разврату — толстый зверь с жилами, который дёргается сам по себе. Я глажу его, чувствуя жар, тяжесть, обещание порока. Врачи думают, что я просто преданная мать, но они не видят, как мои пальцы скользят по щели, собирая смазку, что сочится как признание. Помню, как впервые увидела его, годы назад, когда он был подростком. Я застала его в душе, и рот наполнился слюной при виде этого необрезанного монстра. Теперь он мой, я им управляю. Наклоняюсь, дыхание горячее на головке, шепчу грязные тайны в кожу. 'Просыпайся, малыш. Маме нужно лекарство.' Язык высовывается, пробуя соль его бессознательной похоти. Он не отвечает, но член пульсирует, и я знаю — он видит меня во сне. Беру глубоко, горло сжимается от толщины. Меня тошнит, но я не останавливаюсь. Хочу давиться его коматозным членом, чувствовать, как он бьётся о миндалины. Рука дрочит основание, выдаивая каждую каплю драгоценного, исцеляющего семени. Когда он наконец кончает, это поток, горячее наводнение, которое я жадно глотаю. Отрываюсь, облизывая губы, и вижу, как дрогнули ресницы. Зверь просыпается. Мой сын пробуждается в мире, где существую только я, и его большой член — единственное лекарство, которое мне нужно.